Это было накануне войны. Советское правительство, разумно заглядывая вперед, арендовало по мирному договору у Финляндии полуостров Ганнут, чтобы вместе с оборонительными гарнизонами на островах  Эзель и Таго запереть выход в Финский залив на дальних подступах к Ленинграду. Вот тогда и была сформирована 8-я особая бригада. В апреле 1940 года стали заселять и обживать данный полуостров.

Велик ли этот полуостров? Его ширина в среднем километров пять, не больше. К полуострову примыкает несколько островов и с восточной, и с западной стороны. Дикий камень. Песок. Голенастые сосны. Вереск и брусничник.  Да седые волны Балтики. И синее небо с редкими облаками. Вот туда и попал наш земляк, уроженец села Хормалы Василий Егоров. Его батарея – на конной тяге, и красноармейцы драят своих коней. Потом зарядка, умывание, завтрак и лопату в руки, копай.

Солдаты строят капониры и блиндажи, ходы сообщения и окопы полного профиля, конюшни, сараи, аэродромы и укрытия.  Воины ходят на стрельбище и занимаются огневой  подготовкой.

К зиме солдаты переводят коней в маленькую конюшню, крытую дранкой, а сами переселяются в построенные  своими руками казармы. До Великой Отечественной войны  молодой тракторист колхоза «Красный водник» служил на полуострове Гангут. Когда фашистская Германия напала на нашу страну, батарею, где провел первые месяцы на севере наш земляк, перебросили на первый Заполярный фронт. Гитлеровские дивизии шли напролом. Сообщения информ-бюро не приносили  радости. Были оставлены Киев, Минск, Ростов-на-Дону. Немцы подходили уже к Москве, а вокруг Ленинграда замкнулось смертельное кольцо блокады.

Самые тяжелые бои под Ленинградом ложились на плечи молодых солдат. Есть небольшая книжка «Храните традиции», которая была иллюстрирована известным художником Борисом Пророковым. И вот сегодня я листаю пожелтевшие страницы этого издания. На меня смотрят молодые глаза уже танкиста Василия Егорова, летчика Бориса Семенова, катерника Николая Афанасьева.

Василий Егоров был очень дружен с замечательным поэтом Михаилом Дудиным, который тоже воевал сначала на полуострове Гангут. После войны Василий Яковлевич побывал на этом месте, где состоялась торжественная встреча бывших гангутовцев. Съехались сюда ветераны со всей страны. Зал на тысячу мест был набит битком пожилыми, лысеющими людьми, украшенными шрамами и наградами Родины. И когда почетный   председатель солдатского братства, бывший командующий Гангутским гарнизоном генерал-лейтенант Сергей Кабанов поднялся в президиум во весь свой богатырский рост и скомандовал: «Смирно!», зал встал, и все увидели подтянутую и стройную фигуру командира. В зале возникла такая тишина, что было слышно, как в руках генерала армейский секундомер отсчитал ровно шестьдесят секунд вечности.

...Василий Егоров на протяжении долгих лет трудился в родном колхозе им. Ленина. Он с гордостью носил боевые ордена Красного Знамени, «Красной Звезды», а в мирные дни к этим наградам присоединились трудовые ордена  Октябрьской Революции и Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание «Заслуженный работник сельского хозяйства Чувашской Республики».

Василий Яковлевич вел, оказывается, дневник, вел до последних дней своих, и в нем есть такие слова: «Я бился до последнего патрона, и сегодня всем говорю: трижды да здравствует жизнь после меня».

И мне хочется, чтобы вы помнили эти слова в будни и праздники вашей жизни, над вашей рекой любви, счастья и радости.

Василий Яковлевич был человеком широкой души. Масштабным человеком, которому по плечу были грандиозные дела, а вся мелочность отскакивала от него. За его  крутыми плечами всегда ощущалась, под стать его росту, высокая сила человеческого обаяния.

Давно ушел из жизни Василий Егоров. Хормалинцы и жители окрестных деревень хорошо помнят доброго человека, заботливого храбреца, кавалера многих боевых и трудовых наград.

Мы все любим жизнь. Любим ее всей чистотой юношеской души, как ее любил наш боевой друг...

Геннадий Кузнецов